Яппаньки вам,уважаем(ый)(ая)(ое)!


Посреди стола горела свеча. Джастин объяснил, что она стоит в качестве украшения. А есть, по земным обычаям, полагалось с помощью маленьких инструментов. Анна осторожно манипулировала ими.

С одной стороны у стола стояли, наблюдая за происходящим, трое освободителей.

- Анна, - произнес Джастин, изображая Джона Шеридана, - пожалуйста, расскажи, что случилось с тобой на За'ха'думе? Почему было объявлено о том, что ваш корабль уничтожен? Почему за все это время ты ни разу со мной не связалась?

Анна осторожно отпила чаю из своей чашки. Это была далеко не первая их тренировка. Она знала, что следует говорить. Ей были известны факты из жизни той женщины-археолога, и она смогла связать некоторые факты с образами, сохранившимися в ее разуме. Трудность заключалась в том, чтобы произносить нужные фразы в точности так, как хотел Джастин. Слова следовало сопровождать определенными жестами, изменять тон голоса, периодически менять направление взгляда и выражение лица. Подобный метод связи казался чрезмерно сложным.

Анна поставила чашку на стол.

- Понимаю, что есть очень многое, чего ты не знаешь. Что многого не понимаешь. Я здесь, чтобы исправить это, - она взяла его морщинистую руку, взглянула ему в глаза и улыбнулась. Улыбка вызвала деформацию кожи лица, по эластичности намного уступавшей коже машины. К тому же, напряжение лицевых мускулов вызывало у нее странное ощущение.

Джастин покачал головой:

- Твоя улыбка, Анна, до сих пор мне не нравится. И смотреть на Джона ты должна так, будто любишь его.

Анна не понимала, какое значение вкладывали в слово "любовь" люди, ведь они жили такой жалкой жизнью. Но Джастин все больше расстраивался, пытаясь объяснить ей это.

- Попытайся думать о чем-то приятном. Вдруг это поможет.

Анна представила себе, как она будет
Предыдущая Следующая 






Supported By US NAVY