Яппаньки вам,уважаем(ый)(ая)(ое)!




Подобная его реакция всерьез обеспокоила Галена, хотя он толком не понял, почему.

- Если ты не расскажешь мне все добровольно, я заставлю тебя это сделать против твоей воли.

Морден продолжал смеяться.

Гален резко выпалил:

- Ты что, забыл, кем был когда-то?

В воздухе между ними возникла сфера, внутри нее замелькали, быстро сменяя друг друга, образы: лекция об Анфранском любовном камне, взрыв зоны перехода у Ио, кричащее лицо Мордена, оно же, уже спокойное, во время последнего интервью. Улыбка, запечатленная в тот момент, когда он подходил к каюте Коша, готовясь убить ворлонца, улыбка, застывшая на его лице, когда он платил человеку, отравившему возлюбленную Лондо, Адиру, улыбка, что была на его лице в тот миг, когда он вышел навстречу Галену в шахте, глубоко под землей. Морден молча наблюдал.

Гален убрал сферу, теперь они внимательно смотрели друг на друга.

- Я не знал, что они оказывали на меня влияние, - сказал Морден. - Но это ничего не меняет. Я знаю, кем я был, и кто я теперь. А ты не знаешь и половины этого.

- Подчиняясь их внушению, ты творил немыслимые злодеяния. Они заставляли тебя жаждать хаоса и разрушений. Заставляли получать удовольствие от этого. Но это не означает, что ты и дальше должен продолжать в том же духе. Ты можешь остановиться. Можешь творить благо. Все, что тебе необходимо сделать, это рассказать мне то, о чем я тебя прошу.

Морден взглянул на висевший на шее камень, его лицо оставалось непроницаемым.

- Я заключил с ними сделку, согласился на то, чтобы по их указаниям манипулировать, искушать, провоцировать, убивать. Добровольно обещал служить им, стараться для них изо всех сил.

Гален не желал знать этого, не хотел продолжать разговор. Но вдруг услышал свой голос:

- Неужели ты веришь в то, что твоя жена и дочь
Предыдущая Следующая 






Supported By US NAVY