Яппаньки вам,уважаем(ый)(ая)(ое)!


а Вселенная больше не была к ним благожелательна, потеряли смысл.

Элрик знал, что Блейлок будет голосовать за то, чтобы найти безопасное место и там переждать войну. Он считал, что маги не должны стать воинами. Он верил, что таким образом они пойдут против своей судьбы. Блейлок уже давно отстаивал идею о том, что маги должны изолировать себя от других. Элрик знал, что Блейлок так сильно верил в это, что готов был добровольно навсегда покинуть свое место силы. Пришествие Теней лишь добавило силы его убежденности.

Это означало, что Элрик должен убедить и Херазад, и Инг-Ради драться с Тенями, что было делом чрезвычайно сложным. Херазад обуял ужас, потому что она была не готова. Она не верила во Вселенную, в которой существуют Тени. Инг-Ради, напротив, была готова. Она знала, с какой угрозой они столкнулись, и хорошо знала, что все они могут погибнуть, сражаясь с ней. Ее можно убедить, если только удастся доказать то, что у них есть шанс. Элрик использовал единственный довод, который, по его мнению, мог их убедить. Он пошел на отчаянный гамбит.

- Мы можем вступить союз с ворлонцами, - сказал он. - Легенды гласят, что они - давние враги Теней.

Блейлок помрачнел:

- Ворлонцам нельзя доверять. На протяжении всей нашей истории они относились к нам не иначе, как с презрением. Нам нужна информация, а не туманные пророчества.

- Я однажды встретилась с ворлонцем, - сказала Инг-Ради. Впервые за все время, что Элрик ее знал, ее зрачки сузились в гневе. - Знаете ли вы, как они зовут нас? Лицедеями. Сказочниками. Обманщиками.

Херазад отмахнулась от его предложения.

- Если мы вступим в союз с ворлонцами, то просто дадим Теням еще один повод к нападению. Они не решатся напасть непосредственно на могущественных ворлонцев. Вместо них Тени нападут на нас, как на более
Предыдущая Следующая 






Supported By US NAVY