Яппаньки вам,уважаем(ый)(ая)(ое)!


а н: Вселенная говорит на многих языках, но лишь одним голосом. Языки эти — не нарнов или людей, не центавриан или геймов, не минбарцев. Она говорит на языке надежды.
Раздается голос Г'Кара, он заглушает голос Шеридана. Г'Кар читает текст дальше, а мы видит флот „Белых звезд”, летящий в гиперпространстве, энфили, спрятавшихся в подземном убежище, Франклина, пишущего письмо семье погибшего рейнджера.
Г' К а р: Она говорит на языке доверия. На языке силы и сострадания. Это язык сердца и язык души. Но всегда тем же самым голосом. Это голос наших предков, звучащий в нас,... и голос наших наследников, ожидающих своего рождения. Это приглушенный голос, который говорит: мы — едины, неважно, какой крови, из какого мира, с какой звезды. Мы едины. Вне зависимости от боли, мрака, утрат, страха. Мы едины. Здесь, объединенные вместе одной целью, мы соглашаемся признать эту простую истину... и этот простой закон: мы должны быть добры друг к другу.
Вновь раздается голос Шеридана.
Ш е р и д а н: Потому что каждый голос обогащает и облагораживает нас. И каждый утраченный голос ослабляет нас. Мы — голос Вселенной, душа творения, пламя, что освещает путь к лучшему будущему.
Г' К а р: Мы едины.

Трущобы
Лита находит Байрона.
Б а й р о н: Ты не пускаешь нас. Ты не пускаешь нас всех.
Л и т а: Я не хочу больше никого пускать.
Б а й р о н: Жаль.
Она начинает объяснять, зачем она пришла, но Байрон уже знает. Он вытаскивает стул и просит ее сесть. Когда она подходит, Байрон толкает кресло и кричит „нет”.
Б а й р о н: Это уже не похоже на просьбу, не так ли? Это звучит как приказ. Сесть. Встать, перевернуться. Залаять. Все время получать приказы, исполнять поручения других. Хороший телепатишка, хорошая собачка.
Рассердившись, Лита уходит, но Байрон окликает ее.
Б а й р о н: Тебе не
Предыдущая Следующая 






Supported By US NAVY