Яппаньки вам,уважаем(ый)(ая)(ое)!


с Г'Каром, выглядит пораженным.

Эпилог: центаврианская народная сказка
Медотсек
На следующее утро Лондо сидит в постели и жалуется на еду.
В и р: Но доктор сказал...
Л о н д о: Я знаю, что сказал доктор. Меня предало сердце, не уши.
Вир говорит, что ему придется сесть на диету и избегать стрессов. Моллари говорит, что вряд ли удастся избежать стрессов на станции, а на Приме Центавра их будет еще больше.
Л о н д о: Нет, Вир. Вселенная — злобное место, но у нее есть, по крайней мере, чувство юмора.
Вир говорит, что ему нужно идти, но Лондо спрашивает его о центаврианской легенде. В ней рассказывается о том, что душа, которой не нравится ее личность, может покинуть тело, и тогда этот центаврианин умирает, а душа отправляется на поиски нового тела. Вир слышал об этой легенде. По его словам, подобное случается с самыми гнусными подлецами и негодяями...
Заметив выражение лица Лондо, Вир резко обрывает свой рассказ.
Вир: Мне действительно нужно идти.
Он собирается уходить, но неожиданно резко поворачивается.
В и р: Да. Я помню эту историю. Я слышал ее в детстве.
Л о н д о: Любопытно. А я — нет.

Таможня
Ленньер ждет рейнджеров. Когда они появляются, он колеблется, словно ждал кого–то еще. Но больше никого нет. Тогда он встает и собирается уходить. Но тут появляется Деленн.
Д е л е н н: Даже не попрощаешься со мной, Ленньер?
Л е н н ь е р: Нет. Никаких прощаний. Я навеки ваш, Деленн,... сердцем, телом и душой. Я вскоре увижу вас. И, если удача поможет мне, я стану лучше.
Д е л е н н: Это невозможно, Ленньер. Но ты можешь попробовать. Удачи тебе, мой добрый друг.
Л е н н ь е р: И вам.
Ленньер уходит. Деленн смотрит ему вслед, в ее глазах стоят слезы. Появляется Шеридан и уводит ее.

В космосе
Шаттл покидает станцию и направляется к „Белой звезде”.

Эпизод
Предыдущая Следующая 






Supported By US NAVY