Яппаньки вам,уважаем(ый)(ая)(ое)!


Смирись с этим, как я смирился.
Ш е р и д а н: Первая обязанность узника — бежать.
Н е з н а к о м е ц: Да? А если ты пленник любви, то надо бежать к одиночеству? Если ты пленник радости, то должен погрузиться в печаль?
Шеридан игнорирует его замечания и поднимается, чтобы осмотреться.
Н е з н а к о м е ц: Вижу, ты все еще недоволен, что я не назвал тебе своего имени. Но зачем оно тебе? Если я скажу, что меня зовут Лориен, что толку? Тебе это ничего не говорит, однако я окажусь в более невыгодном положении.
Слова имеют смысл, а в именах заключена сила. Между прочим, Вселенная началась со слова, знаешь ли. Но что было в начале — слово или мысль, скрывающаяся за ним? Нельзя создать язык без мыслей, и нельзя породить мысль без языка. Так которое из них породило другое? И тем самым сотворило Вселенную?
Он оборачивается к Шеридану, который по–прежнему осматривает пещеру.
Л о р и е н (разочарованно): Нет. Вижу, ты слишком поглощен своим вопросом, чтобы думать о более высоких темах.
Ш е р и д а н: Каким вопросом?
Л о р и е н: Кто ты?
Ш е р и д а н (удивлен): Как ты узнал об этом?
Л о р и е н: Это опасный вопрос, не так ли? На него никогда нельзя дать хороший ответ. Думаю, в этом–то и заключается его смысл. Но, по крайней мере, в твоем случае, я могу ответить на вопрос, кто ты. Ты — мертв.
Ш е р и д а н: Ну, это уж слишком!
Л о р и е н: Как давно ты здесь?
Ш е р и д а н: Не знаю... день, может два...
Л о р и е н: Солнце взошло и закатилось девять раз. Ты ничего не ел — ты должен бы мучаться от голода. Но разве ты голоден? Или, может, хочешь пить? Кровь по–прежнему струится в твоих венах? Ну,... струится?
Шеридан проверяет пульс на шее.
Ш е р и д ан (в шоке): Пульса нет.
Л о р и е н: Потому что ты, мой недоверчивый друг, весьма и весьма мертв.

Действие первое:
Предыдущая Следующая 






Supported By US NAVY